Это не я придумал о себе. Близкому Другу – во сне приснилось.
Что же, в таком случае, отсюда следует?
Художник пытается разорвать «скорлупу» материи волшебной кистью.
Писатель – пытается делать это золотым или гусиным пером.
Поэт – пластикой мистического воображения.
Музыкант – красотой и гармонией звуков своего инструмента.
Философ – проникновением мыслью в запредельные Дали.
Физик – отображением формулами и графиками результатов эксперимента.
Но для всех творческих устремлений – Воздухом, заставляющим звучать находящиеся в их руках инструменты, служит Душа.
И эта пища Небес, пронизывая каждый миг наших творческих поисков, шаг за шагов воплощает их результаты в осязаемые грани нашего планетарного бытия.

Часто вечерами, когда мой сын уже спит и звуки троллейбусов и машин стихают за окнами, я зажигаю свечу и погружаюсь в умиротворенную тишину наступающей ночи.
И как бы вижу перед собой гору, по крутым и узким тропинкам которой я стараюсь подняться к ее вершине.
Моя гора – это линии и силуэты созвездий.
Мои вершины – сияющие в созвездиях звезды.
Иногда в это время перед окнами ярко вычерчивается лунный силуэт.
В Луне на пологе ночи, действительно, есть нечто таинственное и завораживающее. Так и кажется, что она как будто бы манит и манит к себе, беззвучно приговаривая:
– Ну, иди же, иди, не бойся, земное дитя. Оттолкнись только без сомнений и страха от своей иллюзорной опоры – и ты полетишь, полетишь к Звездам.
И мой светлый Луч укажет тебе дорогу к Дому.
Твой звёздный Дом на конце Луча моего.

Я всматриваюсь и всматриваюсь в звездное Небо. И ищу там свой звездный Дом, свою извечную Обитель, которую оставил на время, чтобы немного пройтись по тихим набережным, шумным площадям и глухим закоулкам планеты, на которой я вдруг оказался по велению чьей-то высшей Воли.
Может быть мой звездный Дом совсем недалеко от ближайшего Сириуса? Говорят, это двойная звезда. В паре с Сириусом движется по их общей орбите совсем незаметный звездный карлик. Не на нем ли мой Дом?
Или, возможно, мой звездный Дом в недрах «холодной» и ярко люминесцирующей туманности Ориона. Сейчас это созвездие распахнулось во всю свою ширь перед окнами моего земного жилища.
К тому же, говорят, это какая-то неправильная Туманность, как неправильно, по общепринятым меркам, и мое земное существование.
И выходит, что вращается мой звездный Дом вокруг центра этой Туманности вместе с другими окутанными ею молодыми звездами.
И подумать только, уже 60 планетарных лет никто не протирает там пыль на моих книжных полках, не поливает клумбы с цветами на моих шести сотках.

До сих пор, еще с дней моей юности, доходит до меня из Небесных Глубин то бурный их рокот, то ласковый всплеск у прибрежья Планет. 
До сих пор мерещатся мне среди ярких Созвездий – эдельвейсы и розы, подснежники и кувшинки. Может быть я и есть такой подснежник на позабытом перелеске небесного Свода, легко приспосабливающийся к условиям среды, благополучно растущий под снегом и под солнцем, на равнинах и особенно в горах, среди сорной травы и вполне одиноко.
Есть же, наверное, одинокие звезды и одинокие кометы на звездном Небе.
А если вдруг нет кометы такой, то я согласен вполне – одиноко летать в бескрайних просторах Вселенной.

Заманчиво побывать среди звезд и красивой кувшинкой – северным лотосом.
Но это, скорее, кому-то другому, кто не представляет себя без водной стихии или бурной реки, без пруда или без чистой прозрачности озера, затерянного где-то рядом с вершинами гор.
Сейчас так и вижу, как из надземной грядки спиральной галактики в созвездии Андромеды протискивается головка лесного подснежника.
И вот он тянется, настойчиво тянется на хрупком стебле к оранжевым, желтым и голубым кристаллам иных цветов в полисадниках звезд…

Действительно, не пора ли вернуться в свой звездный Дом, не пора ли уж крикнуть вслед за Чадским: «Карету мне, карету!»…
Но ведь без денег не подадут.
Да и извозчику «на лапу» надо что-то пристроить – без этого не поедет.
И остается только, в нужный момент, набравшись решимости, легко и свободно, оттолкнувшись разом от планетарного шалаша, воспользоваться желанием Луны помочь мне добраться по ее светлому Лучу в самый конец его уходящей в бесконечность спирали.

Геннадий Гаврилов – Антерай.
1 июня 2003, Тверь.

Антерай