Знак Дома Чисел-Символов 
мы возносим на ладонях
в Беспредельность Вселенной, 
потому что Космос наполнен 
звучанием Звезд и дыханьем Планет. 
Мы храним Знак нашего Дома в наших сердцах,
потому что Сердца, как и Звезды, 
излучают Свет Творчества и Любви. 
Мы смотрим на Знак нашего Дома 
глазами нашего Духа, 
потому что наше сознание
наполнено Красотой и Гармонией Мира.

Изумрудная Сфера
нашего Знака – обитаемые Миры, замыкающие нас своим Единством. И как звонкие капли этих Миров, мы будем Единым Светом нашего творчества, наполненного красотой Земли и мелодией Солнца, которое желто-оранжевой Сферой сияет в центре нашего Знака.

Рубиновая Звезда 
рождается из глубин этого Солнца. Восьмиконечная Звезда, отражает в наших Сердцах грани цвета и звука Вселенских Мистерий, потому что Творчество – это Кровь Мира. Мы знаем, что этот драгоценный Кристалл разносит свои Мелодии по всей Вселенной. В ритмах танцев, в мелодиях песен, в гармонии наших каждодневных отношений мы будем учиться постигать многострунные аккорды звучащей вокруг нас Природы. И поэтому наш Знак, подобно Лире, излучает свои мелодии в синеву чистого утра, в сияющую голубизну Небесного Свода. Могучие Крылья надежд и желаний возносят наши Сердца к тому Лучу Света, который постоянно чертит на Скрижалях Звездного Неба Священное Имя:

ЖИВОЙ СВЕТ… ЖИВОЙ СВЕТ… ЖИВОЙ СВЕТ.

Мы будем светить с первыми лучами восходящего Солнца.
Мы будем светить и после угасания вечерней зари.
В печали и в радости мы будем стремиться излучать Свет Миру.
И Живой Свет Мира распахнет перед нами свои Врата –
Врата незыблемого Храма Красоты и Гармонии Космоса.

ИДЕОЛОГИЯ ЗНАКА ДОМА ЧИСЕЛ-СИМВОЛОВ 

Сфера Солнца
На Древе сефирот сфера Солнца – энергетический центр для остальных планетарных сефир. Его сефиротический спектр – оранжево-желтый. Желтый спектр в Звездных Пучинах Космоса является срединным. Его лучи определяют переломный момент в процессе развития сознания человеческой монады. Желтый цвет – основная линия спектра нашей Солнца. И поскольку культура сознания человеческой монады протекает в конусе того солнечного спектра, который является 
основным для данной Солнечной системы или Планеты, постольку оранжево-желтое Солнце отображено в центре Знака нашего Дома.

Восьмиконечная Звезда 
Солнце Древа сефирот, как принцип Верховной Гармонии Вселенной, излучает из себя огненный кристалл восьми клогов градации Искусства в эгрегорах Света. И так как сефиротический спектр сферы Марса, на который проецируется эта градация, пламенно-красный, то в Знаке нашего Дома его восьмиконечная Звезда пронизана пламенно-красным свечением.

Белое Сердце Голубые крылья
Вселенским символом градации Искусства является радужно-перламутровая сфера с фиолетовыми крыльями, устремленными в просторы Космоса. Запредельное звучание радужной сферы мы можем отобразить в себе как чистое устремление нашей Души и Духа в неисповедимые Выси Вселенской Гармонии. И поэтому в центре нашего Знака бьется белое Сердце, объединяющее собой сердца всех сочленов нашего Дома, которые на голубых Крыльях Мечты и вдохновения возносятся в пунцово-розовые и фиолетово-синие Чертоги Вселенского Творчества.

Живой Свет
Начертанное в символе название «Живой Свет» является в нашем Знаке отображением радужных Крыл градации Искусства в эгрегорах. Живой Свет охватывает собой все элементы нашего Знака, вляясь их развитием и завершением, их воплощенным Логосов – Живым Светом Космического Творчества.

Зеленая Сфера 
Все элементы Знака нашего Дома замкнуты зеленой Сферой, олицетворяющей сознательное Единство всех творческих сил Мироздания. Зеленый спектр Сферы показывает, что это духовное Единство воплощенных на Планетах сущностей находится под защитой Вселенского Закона его Светлых Сил. Зеленая Сфера, замыкающая собою наш Знак, проецируется на сферу Венеры Древа сефирот, олицетворяя процесс Рождения Миров во Вселенной. Для входящих в Дом Чисел-Символов – это возможность Рождения, Развития и Расцвета их Творческого Потенциала.
 

КОММЕНТАРИЙ
Белый спектр – отображение высшей непорочности адамической монады.
Голубой спектр – высшая астральная энергия Космоса.
Зеленый спектр – спектр Законодательной градации в эгрегорах Солнечного тока.
Сердце – душа, чувства.
Сфера – символизирует Дух адамической монады.

Антерай

Будучи Учителем ею же порожденных детей, Природа, из сострадания к ним, иногда подсказывала своим ясновидящим и яснослышащим Ученикам правильные подходы к решению задач, необходимых человечеству на том или иной этапе его взросления. 
И в Библиотеках человечества мы находим фолианты извечной мудрости, запечатленные на страницах Махабхараты, Книги  Перемен, Ветхого и Нового Заветов.
Сегодня такие имена как Рама и Кришна, Гермес и Моисей, Орфей и Пифагор, Платон и Иисус, Будда и Магомет – воспринимаются нами уже не как некие мифические персонажи, а как историческая плеяда посвященных, которые сумели услышать и донести до человечества Голос Безмолвия Природы, смогли почувствовать прикосновение ее любящих рук, смогли уловить чарующий изгиб ее Небесного Тела и прикоснуться к таинственным Покровам ее бесконечно разнообразных Одежд.
В настоящее время у нас в России стали широко известны переизданные книги К. Эккартсгаузена, Ж. Энкосса (Папюса), В. Шмакова, Г. Мёбеса, Е. Блаватской, М. Холла, Д. Андреева, Е. Рерих и Л. Секлитовой, авторы которых исследовали астральные, теологические, философские и иные подходы к пониманию символического языка Природы.

Формы Храмов, будь-то Моисеева Скиния, Соломонов или Христианский Храм с Иконостасом и Алтарём, с Престолом и Жертвенником, будь-то священнические предметы: Крест и Чаша, Купель и Кадило, да и формы Облачений священства – всё это Символы, которыми оперирует не только Земная, но и Надземная Церковь, совершая свои Мистерии во Вселенной.

Древо Сефирот – преисполненная движения схема, незыблемая в своей основной структуре, но представляющая собой ряд сложнейших модификаций и превращений.

Учитывая универсальный характер структурного отображения Древа сефирот на гранях и уровнях проявленной к бытию Вселенной, адепты Каббалы (Арканологии) наносят на каменные и пергаментные скрижали этого Древа все многообразие и разноцветие узоров неисчислимой множественности своих сокровенных каббалистических построений.

Но что представляют собой очаги и пути инволюции, эволюции и трансволюции проявленной вселенной? Можно ли их счесть и в точности определить их сущность?

Эти Очаги – Неизменные, Неподвижные в себе и во вне этапы проявления  Абсолютного Всё.
А Пути между ними – вечно движущиеся и вечно меняющиеся Траектории Проявления Бога, Человека и Вселенной.
Счесть эти этапы и пути по существу невозможно, но нужно и должно установить какое-то Символическое Число, приблизительно соответствующее действительности.
В мире физической материи все относительно, и не греша против истины падшего мира, можно сказать, что очагов этих или 10, или 14, а путей или только 22, или бесконечное множество. 
Традиционно 10 основных сфер Древа сефирот символически соотносятся с именами планет нашей Солнечной системы, как некая привязка и дань традиции, однако при этом следует иметь в виду, что 

Планеты Древа Сефирот – это вселенские принципы, в которых Луна, например, символизирует сферу, отображающую собой физическую Вселенную как конечную стадию «падения» Духа в бездны Материи. И архивные посвятительные материалы «Кругов Разума Гермеса», принятые от Вселенских Учителей Всеволодом Вячеславовичем Белюстиным (см. Приложение) и Натальей Ноктис, дают нам новые инструменты для понимания глубинной сути арканологии Космоса.

Антерай.

1. Сознавай всемогущество Абсолютного Начала Всех Начал, и противопоставляй ему разумную волю и сознательную силу в малой или великой области, завоеванной трудом и проявлением твоих возможностей на всех планах Бытия и Сознания Сущего.

2. Разумей Всеведение Абсолютного Начала Всех Начал, и противопоставляй ему свой сознательный разум и установленный рассудок в малой или великой области, завоеванной твоим мышлением и знанием.

Антерай.

В окна нашего Дома Чисел-Символов 
врывается животворящий Свет 
от множества Солнц, 
вокруг которых вращаются 
иные Земли и иные Луны.

И там, в неисповедимых Безднах Космоса, духовные Сущности, населяющие их, также ищут свои Пути Веры, Знания, Любви и Созидания.

В потаенных комнатах нашего ДОМА через медитации над символами и их описанием вы сможете ощутить дыхание астральных сфер планетарных, звездно-планетарных и звездных эгрегоров нашей Галактики.
Для этого Вам потребуется лишь проявить в действии ваши наработанные в предыдущих воплощениях способности к фантазии, к литературному, художественному, музыкальному, научному, религиозному или иного рода духовному Творчеству.

Воспламените в своем сердце дремлющие в каждом из Вас огни Созидания и устремления к Свету и Чистоте как Земного, так и Надземного Бытия.
Ваше тело – Кристалл, способный в своих гранях воспринять в Надземном и отразить в земном сознании непрестанно изливающиеся на Вас потоки Вселенского Света.

Друзья нашего ДОМА,
Вселенная ждет Вас, Вселенная говорит с Вами.
Каждое Ваше дыхание, каждый Ваш шаг по Планете эхом отзывается в ее безбрежных Просторах.
Обратите свой лик к Звездам – и вы почувствуете доброжелательное отношение к вам Небожителей, которые, как и Вы, когда-то проходили по узким Тропам, по глухим Ущельям и высокогорным Вершинам своих Планет.

На Ваши уверенные Шаги,
на Ваше зовущее биение Сердца,
на Вашу устремленную в Беспредельность Мысль
тихий Голос Безмолвия ответит Вам –
Входи, Стучащийся.

Антерай.

Просите, и дано будет вам;
ищите, и найдете; 
стучите, и отворят вам…  
                                            (Матф. 7, 7)

Строительство Дома Чисел-Символов оказалось для меня очень длительным делом. Вернее, длительным был процесс формирования самой Идеи о возведении такого Дома, поскольку любое здание, в том числе и чисто умозрительное, требует от архитектора предварительной умственной проработки,  каких-то эскизов на листочках бумаги, прежде чем дело доходит до аккуратно расчерченных ватманов и строительства макета будущего строения. 

Все так и было — размышления, листочки, накопление строительного материала, его осознание и творческая проработка того, что было понято и могло бы пригодиться при строительстве Дома, достаточно приспособленного для проживания в нем и приема званых гостей, а незваные, как известно, приходят сами. 
И вот я стою у Портала Входа в построенный и взлелеянный мною Дом Чисел-Символов. Пора бы и войти.  Но прежде, немного о грустном…

Это медитативное видение, которым я хочу поделиться с дорогим мне Гостем нашего Дома, случилось в очень трудное для меня время.
В ночь осеннего равноденствия (21 сентября 2002) по стечению целого ряда незначительных, прямо-таки парадоксально-мистических мелочей я собственными руками удалил из компьютера и притом удалил надежно почти все накопленные для строительства Дома Чисел-Символов материалы.

Ради сохранения на лазерном диске двух почти готовых книг по числам и символам и были затеяны мною некоторые операции на компьютере. Такая утрата подействовала на меня довольно удручающе. Не физически подействовала и не выбила из колеи привычного ритма духовной жизни, но  как бы заставила нечто внутри меня резко остановиться и внимательно пересмотреть листы прожитого и пережитого.

Склонила ночь над стылою землею свои одежды — и сокрылись Лики.
И грудью навалились облака на горизонт и мерзлую долину,
Где я стоял и всматривался в Небо, стараясь очертанья различить
Далеких звезд и призрачных созвездий. Мела метель. Так рано в октябре
Порош таких давно не наблюдалось. Постыло было мне и одиноко
В долине этой скорбной и пустой. И звезд не видно среди туч на небе.
Дорога лишь вела в небытие сквозь этот сумрак и сквозь этот холод.
И я пошел навстречу злой метели… И там, где плыли груды облаков,
Вдруг вспыхнул огонек Свечи далекой…

Откуда Свет в кромешной темноте? Свеча откуда?..
Сколько раз уж прежде казалось мне, что вот — весна журчит.
Но воды схлынут — и опять болото. И летом — Солнце. Вот оно — в зените.
А на земле — все та же маята, и смрад, и копоть. В осень, как сейчас, —
Лишь холод одиночества. 
И вдруг — свеча горит вдали передо мною. Зовет и манит.
И все ближе… ближе… Уже я различаю сквозь метель
Тончайшие одежды… И дыханье ее тепла моей щеки коснулось.

Не может быть, чтоб пламя и метель в октябрьском сошлись круговороте…
Не может быть…
И все же чистый Свет зажгла Свеча в душе моей гонимой…
И сникла круговерть. И облака ушли за горизонт. И надо мною
В созвездие Весов вошла Венера…

Я бережно губами прикоснулся
К прозрачным пальцам призрачной Свечи…

Немного оправившись от острого ощущения утраты, как бы смирившись с нею, я стал по крохам собирать осколки таким вот образом разбитой вдребезги вазы, на изготовление которой ушло более 10 лет. И первые семь дней после этого события я просматривал оставшиеся в моем архиве черновые записи значительно более ранних вариантов уже почти готовых книг.
И эти остатки надо было теперь сканировать лист за листом, снова вводить в компьютер, и затем — вычитывать, редактировать, собирать в параграфы и главы уже, видимо, несколько иных книг или, скорее всего, теперь уже только одной книги. Душа же моя беззвучно продолжала взывать: «Как же так, Господи! За что, за что… »
И совсем уж неожиданно для меня, на 14 ночь после случившегося, мне было явлено в состоянии медитативного сновидения успокоение, поддержка, и намек на то, что не земными мерами измеряются страницы нашего вселенского бытия.
 

* * *

Я шел по узким улицам незнакомого города, разглядывая его двухэтажные постройки и проходящих мимо людей, одетых просто, но чисто. На мне была тонкая холщовая одежда, напоминающая темно-коричневый подрясник священнослужителя, и поверх него — темно-серая накидка.
Наконец, я остановился на небольшой площади у прилавка пожилой женщины, лицо которой было прикрыто накинутым на голову платком.

На прилавке лежали предметы, предназначенные для предсказаний. Меня заинтересовала довольно потертая колода карт. Я взял ее в руки и неспешно начал тасовать карты. «Ты, видимо, знаешь толк в предсказаниях, — сказала она. — Эта колода довольно древняя, и мало кто замечает ее на прилавке. Всех больше интересуют современные густо расписанные карты с множеством тайных знаков. А здесь, посмотри, лицевая сторона карт чиста и прозрачна».
Действительно, на лицевой стороне карт не было ни символов, ни каких-либо иероглифов. Лишь бледно-матовое свечение исходило от них и, как мне казалось, легкое дуновение ветра. На тыльной же стороне карт я различил мерцание созвездия Ориона. «Перед тобой небольшое возвышение, — продолжила она. — Ты можешь, если захочешь, лечь на него и просмотреть внутренним взором эту колоду». В знак согласия я кивнул головой, и лег на возвышение, сделанное из досок какого-то приятно пахнущего дерева. «Да, это доски из эвкалипта, — ответила она на мои мысли».

Закрыв глаза, я стал отрешенно и неторопливо перебирать карты в колоде. Перед моим внутренним взором предстали несущиеся в пространстве световые вихри, состоящие из кругов, квадратов, треугольников и иных фигур, напоминающих многолучевые звезды. Иногда в их сложных сочетаниях я улавливал знакомые очертания созвездий. Мысленно я сосредоточился на одном из них — и отчетливо увидел созвездие Ориона.
И в этот момент я почувствовал, что к моему изголовью приближается облаченная в светящееся черное одеяние молодая женщина. Я открыл глаза и увидел ее как бы летящую над землей. «Ты давно ищешь меня, — произнесла она. — Мне было разрешено откликнуться на твой постоянный призыв». Она низко склонилась надо мной и накрыла своими руками мои ладони. Ощущение теплоты и покоя изливалось от ее тела и рук. Затем она велела мне встать.

Мы шли по узким улицам города, пока не остановились у монолитных ворот древнего европейского вида замка времен средневековья. Моя спутница произнесла несколько непонятных мне слов, и дверь замка отворилась. Мы вошли внутрь. Она быстро повела меня по освещенным факелами коридорам и лестницам, по разным залам и, наконец, мы остановилась у дверей, которые тот час же отворились — и я вошел в круглый покой с рядами стульев, расположенных по отношению друг к другу как это бывает обычно в амфитеатрах.

В зале сидели люди, одетые в одежды разных эпох и разных стилей — от давно минувших до современных. Присутствующие с любопытством и некоторым недоверием смотрели на меня — на вновь прибывшего кандидата в посвящение, как мне пояснили привратники при входе в зал. Впереди всех на некотором возвышении сидел на старинном кресле рыцарь, одетый в европейский костюм 16-17 века. Он молча и очень внимательно посмотрел на меня. В его лице чувствовались величие и простота одновременно, ясный ум и детская непосредственность, внешнее изящество и внутренняя сосредоточенность.
Моя спутница, облаченная теперь в длинные и светлые одежды, отливающие голубым сиянием, сказала мне, что бы я приблизился к владыке Ордена, сидящему в кресле, и предсказал ему хотя бы недалекое будущее. С ощущением ее непререкаемой поддержки и настойчивой просьбы я подошел к владыке и склонился перед ним в знак уважения к его благородству и духовной силе, а также для того чтобы удобнее сосредоточиться на его внутреннем состоянии, почувствовать и увидеть нечто важное и значимое для нас обоих.

Я заметил в одеждах рыцаря некоторую нарочитую небрежность и сказал, что сейчас у него, видимо, довольно сложный период в жизни, требующий принятия судьбоносных решений, которых многие от него ждут. Вернее, эти решения уже вполне созрели в нем, но еще не пришло время принять их и исполнить. Глядя в лицо владыке Ордена, я сказал также, что в скором времени он, вероятно, потеряет власть и, более того, может утратить свои владения. Но это власть не светская, а власть над любовью, и это владения не имуществом, а обладание любимой женщиной.

Тотчас два человека в монашеских одеждах ввели меня через небольшую дверь в маленькую комнату, напоминающую келью, в которой я увидел женщину необычайно духовно чуткую и зрелую. И хотя комната была освещена слабым светом, его было достаточно, чтобы я в полной мере ощутил ее внешнее совершенство и внутреннее состояние. Я видел, что она терзается мыслью о том, что оставила любящего ее мужа ради страстной любви к владыке Ордена. Подойдя к женщине, я сказал, что ей все же надо принять для себя окончательное решение, поскольку ее любовь к рыцарю была лишь вспышкой временной страсти, которая никак не может затмить ее прежней любви к своему мужу. И эта прежняя любовь неумолимо возвращается к ней. В слезах она ответила, что «Да, это так», и что она приняла уже решение вернуться к мужу с ощущением вины перед ним, но так же и с чувством невосполнимой утраты любви к владыке Ордена. Я поклонился ей и вышел из комнаты.

В сопровождении тех же монахов меня вновь провели в круглый зал. На небольшом столе накрытые красной полупрозрачной тканью лежали разного рода ларцы и шкатулки с инкрустациями, часть из которых, как мне казалось, на самом-то деле были пустыми. Владыка Ордена предложил мне выбрать для себя предназначенное вознаграждение за успешно проведенное испытание. Я указал на самую крайнюю шкатулку, которая по виду была небольшой и весьма скромной. Ткань откинули — шкатулку открыли. Она была доверху наполнена сокровищами. Всевозможные ожерелья, кольца, браслеты, драгоценные камни, изящно исполненные золотые и серебряные цепочки, какие-то древние монеты — все это ярко сверкало в луче света, направленном на шкатулку откуда-то сверху. Но я не взял ничего из того, что лежало в шкатулке, и даже не подошел к столу, к которому меня приглашал какой-то человек, одетый напыщенно и богато…

Я вдруг почувствовал себя в необычном для меня состоянии духа и особенно ясно осознал, что именно в этот момент и решается моя судьба как посвященного. Я начал вдохновенно и страстно говорить. Моя речь была наполнена внутренней энергией и символизмом. И относилась она не только к судьбе владыки Ордена, сидящего в предназначенном ему кресле, но, казалось, что мои слова имели значение и для присутствующих в зале, и для судьбы города, в котором я находился.
Я видел себя как бы со стороны, и ясно слышал то, о чем говорил присутствующим здесь. Но не это было главным для меня. Неведомое мне ранее состояние полета и вдохновения охватило все мое существо.
Закончив речь, я в изнеможении и наслаждении от пережитого чувства склонился на колени. И в тот же миг услышал над собой слова монахов, все это время не отходивших от меня. Обращаясь к сидящему в кресле, они сказали ему: «Да, Владыка, мы записали все, что он говорил» — и подняли меня с колен.

Владыка Ордена встал. Ему поднесли рыцарский меч. Подойдя ко мне, владыка коснулся острием меча, находящегося в его руках, моего правого плеча. И мой подрясник из темно-коричневого сделался солнечно-желтым, а плащ стал матово-голубым. Возложив на мою голову руку, владыка произнес:
«Отныне нарекаешься именем Антерай — устремленный в Надземное. Портал Храма Звездного Творчества открыт пред тобою. Дерзай, не теряя достоинства и чести». Отложив меч, владыка Ордена взял поднесенные ему ключ с изящно инкрустированной драгоценными камнями рукоятью из белого металла, напоминающего серебро, и золотой нож (кортик), которые прежде лежали на небольшом столике около его кресла, и вручая их мне, провозгласил: «Достоин Странник иметь ключи от Врат наших Замков и держать в руках меч власти на уровне данной ему степени посвящения»…

И я вновь осознал себя лежащим на эвкалиптовом возвышении.
Но ни прилавка, ни продавщицы предметов, предназначенных для предсказаний, рядом не было уже…. 
 

КОММЕНТАРИЙ
— Аркан-14. Благая весть, посредничество, становление духа.
— Рыцарский меч, относящийся к аркану-11, указывает на совершение эгрегорного посвящения над неофитом.
— Подрясник (хитон). Первичное накрытие, характерное для ученика внутренней школы, готовящегося стать на путь астрального посвящения.
— Плащ. Вторичное накрытие, являющееся показателем вступления индивидуальности в первую великую астральную ступень посвящения, каковая, в сущности, и знаменует вступление в кадры рыцарей Света.
— Ключ. В малой арканологии означает высшее магическое посвящение. Как ритуальный предмет, относящийся к аркану-16, ключ означает раскрытие искры Абсолютного в монаде и осознание ею своей индивидуальной миссии. В эзотерической трактовке аркан-16 — Башня посвящения.
— Кортик. Как разновидность ритуального ножа, относящийся к аркану-6, обозначает космическое посвящение и свободу выбора пути или путей адамической монадой на любом этапе ее земного или надземного бытия.
 

Антерай.